Зелен виноград

Есть известное высказывание: для того чтобы не иметь врагов, нужно соответствовать правилу трех Б, то есть быть больным, бездарным и бедным. «Если тебя не за что жалеть, то не за что и любить». Не хочешь иметь недоброжелателей? Прибедняйся, «будь скромнее». Впрочем, можешь не прибедняться — тебе и так припишут какой-нибудь дефект: хоть что-то, да должно быть не так. Богат? Наверняка вор. Красива? Значит, дура. Сделала карьеру? Не удалась личная жизнь. Знаменитость? А вы посмотрите на ее целлюлит!

Почему возникает потребность обесценить чужой успех, чужую красоту, чужое счастье? У кого возникает эта потребность?

Обычно прием обесценивания обслуживает страх перед крахом системы ценностей. «Я хороший, я никогда не нарушал правил, установленных обществом, как бы мне этого ни хотелось, я упорно трудился, поэтому заслуживаю награды».

Когда выясняется, что награды не будет, более того, счастье и любовь заслужить невозможно, а упорного труда для успеха недостаточно, происходит разрыв шаблона. Приходится признать, что либо приносили жертвы не тем богам, либо боги обманули. Жить с мыслью об этом достаточно тяжело, и тут включается защитный механизм под названием «зелен виноград». И обесценивающие мифы множатся, как грибы.

Читать и слышать такие сентенции неприятно и слегка противно: они больше характеризуют говорящего, чем объект высказывания. И характеризуют не лучшим образом.

Да, у вполне профпригодной певицы папа миллионер. Да, в ее карьеру вложены деньги. Они вложены в карьеру любого исполнителя. Что ты морщишь нос, милая? Действительно думаешь, что если вложить в тебя столько же денег, внезапно прорежется голос? И не надейся.

«Писательницу N издают, потому что она переспала с издателем! А меня, такую талантливую, не издают», — не надо льстить потенции издателя. Писательнице N 65 лет, и у нее уже внуки.

Ксения Собчак обязана своей популярности тому, что она дочь покойного политика? Ой, не смешите дядю. Чьих-то дочек много, Ксения Собчак — одна. Она умный человек с мощным отрицательным обаянием и гигантской работоспособностью. Ее ненавидит полстраны, и именно на этом и строит карьеру королева российского трэша.

«Женщины, делающие карьеру наравне с мужчинами, несчастны в личной жизни и похожи на черте что», — моя мать сделала карьеру в традиционно мужской, технической сфере. Она 40 лет в успешном браке, у нее двое детей, и она до сих пор красива.

Если бы лисица, которая хаяла недоступный ей виноград, потратила это время на поиски куска мяса, она бы не только насытилась, но и сохранила душевный покой. Да и зачем лисе виноград? Зачем, к примеру, мне завидовать раскрученному художнику (фигуре Шварценеггера, богатым наследникам)? Я не умею рисовать. Можно качаться годами, но в силу конституции я все равно не наращу горы мяса. Мои родители — техническая интеллигенция в первом поколении, не сумевшие заработать миллионов, но давшие мне то, что не заменят никакие деньги. У меня другой путь. На нем другие вехи.

Возможно, поэтому я не умею и завидовать. А прибедняться — не считаю нужным.